КОНСТАНТИН ВАСИЛЬЕВИЧ ХУДЯКОВ

Заслуженный художник России, вице-президент Российской академии художеств, президент Творческого союза художников России.

Родился 2 января 1945 года в селе Царевщина Балтайского района Саратовской области. Окончил Московский архитектурный институт в 1971 году.

Константин Васильевич Худяков – лидер в использовании новейших российских и мировых технологий в изобразительном искусстве.

Свою профессиональную творческую жизнь К. Худяков начал в Центральном музее В.И. Ленина в качестве главного художника. На протяжении 10 лет создавая дизайн оформления различных выставок и целых музеев, художник кардинально изменил существовавшие до этого представления и подходы к историческим экспозициям. В своих работах К. Худяков демонстрировал масштабный системный подход, привлекая все виды и жанры изобразительного искусства, различные аудиовизуальные средства. В 1975-1980 годах было оформлено более 100 выставок и уникальных музейных комплексов в республиках СССР, в странах Восточной Европы, Швейцарии, Франции, Йемене.

В 1988 году c группой единомышленников К.В. Худяков осуществил проект создания первого в стране негосударственного Центра современного искусства М`АРС.

Активно участвуя в ежегодных групповых выставках нонконформистов на Малой Грузинской, 32 (15 выставок, в том числе в легендарной группе «20 московских художников»), Константин Худяков всегда находился в эпицентре социокультурных проблем, наблюдая, остро переживая и отражая в своем творчестве наряду с несовершенством и противоречиями нашего бытия его божественную красоту.

Художник дает нам понять, что он стоит на воспаленной черте, отделяющей абсурд от целесообразности. Константин Васильевич одним из первых начал заниматься исследованиями и опытным проектированием в области новейших цифровых технологий, используя в качестве инструментария 3-D-протепирование, виртуальную реальность, дополненную реальность, интерактивные системы, стерео-технологии и т.д. , Автор придает композициям принципиально новые выразительные свойства: пространственные, световые, динамичные и объемные эффекты.

Творчество Худякова — это попытка создания новой мифологии, основанной на исчезновении старой цивилизации, соединении биологического и технологического. По словам художника, его задача — создать интеллектуальную картину, которая заживет собственной жизнью, и сама будет смотреть на зрителя.

Основные проекты: «Мир чувственных вещей в картинках» (1997), «Деисис/Предстояние» (2004), «Hotel Russia» (2005), «Искусство высокого разрешения», (2010-2011), «Глаз ангела» (2012-2013), «Цифра и миф» (2014-2015), «Искусство глубокого погружения» (2015-2017), «Виртуальный реализм» (2018), «Цифровые зеркала Константина Худякова» (2019), «Цифра и миф. 2.0. «Световая природа женщины» (2019).

Работы К.В. Худякова находятся в коллекциях: Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея, Государственного Центра современного искусства в Москве, Московского музея современного искусства, Центра современного искусства М`АРС, и др.

***

Перед вами работа Константина Худякова — «Глаз Ангела». Данное произведение расслаивается, соотносясь, и с пространством выставки RESET, и с Центром М’АРС. Так как голубое пространство отвечает за творчество и масштаб мысли, организаторы обращают работу к диалогу со зрителем. Именно посетитель, отталкиваясь от первого возникшего образа, интерпретирует произведение, посредством разворота ассоциативного ряда. Работа позволяет обличить влияние полученного ранее опыта на восприятие мира вокруг, готовность открывать новое и открываться новому. Давайте порассуждаем. Если не знать, что это глаз Ангела, тогда чей это глаз? И что сейчас происходит? Он следит за вами или с заботой наблюдает? Откуда этот интерес или враждебность? Что вы чувствуете прямо сейчас?

Мотивом для создания «глаза Ангела» стал рассказ Рэя Брэдбери «Вельд» (The Veldt), который был написан в 1950 году. Константин Худяков, видя в Р. Брэдбери пророка[1], стремится обратить внимание зрителя на влияние технологий на наши, прежде всего, межличностные отношения. К. Худяков, как основатель Центра М’АРС, являющегося пространством, где органично сочетаются технологии и искусство, выводит заданный вопрос в публичное пространство, предлагая посетителям поразмышлять и представить свой собственный вариант развития событий. Что произойдет с нами, когда технологии смогут дать нам гораздо больше любви, заботы, внимания, чем любой другой человек? Один из возможных ответов вы найдете в рассказе «Вельд».

***

Рэй Брэдбери

«Вельд»

в кратком изложении

В автоматизированном доме «Все для счастья», заполненном машинами, которые делают за людей все: от приготовления еды до завязывания шнурков — живет семья. Двое детей, Питер и Венди (их имена — дань Питеру Пену и Венди Дарлинг), очарованы детской комнатой, способной воспроизвести любое место, которое они представят посредством голограмм и проекций.

Долгое время в комнате царили безмятежность, покой и детский смех. Комната представляла собой райские сады, повсюду порхали бабочки и доносилось пение птиц. Но однажды родители, Джордж и Лидия, заметили, что в детской что-то неладно. В какой-то момент замки и сады в комнате детей превратились в вельд: дикую Африку со львами, поедающими туши, как они полагают, животных. Родители нашли в комнате воссозданными свои вещи и слышали странные знакомые звуки. Все эти сцены насилия подтолкнули их к приглашению в дом психолога, который, изучив содержание комнаты, заключил, что в ней проявляется невероятно высокий градус агрессии. Догадавшись на кого направлена агрессия детей, врач посоветовал семье переехать на время в другой дом.

Дети умоляли родителей позволить им еще хоть раз посетить детскую комнату: комната заменяла им настоящих родителей и манила их. Они жили ради этой комнаты. Родители уступили и разрешили провести в детской одну минуту. Когда они вошли в комнату, чтобы забрать детей, Питер и Венди закрыли их там. Появившийся вскоре на пороге Дэвид Макклин обнаружил в комнате детей, наслаждавшихся ланчем в вельде, а вдали — поедавших что-то львов. Читатель понимает, что Джордж и Лидия умерли от рук собственных детей, которые настолько часто представляли львов, поедающих родителей, что это стало реальностью.[2]